Почему Libra — такая головная боль регуляторов и банков?

Почему Libra — такая головная боль регуляторов и банков?
Фото: BTC Keychain / Flickr

За последние несколько месяцев не прекращалась оживленная дискуссия вокруг Libra, цифровой валюты, предложенной всемирной соцсетью Facebook. Для кого-то запуск подобного проекта — не что-то революционное, а всего лишь следующий после бума стейблкоинов логичный шаг в эволюции виртуальных денег. Для других же — шаг на пути Цукерберга к мировому господству. И серьезная глобальная угроза со стороны корпорации, которая и без того располагает данными на 2,7 миллиарда человек. Как иронично подметил Bloomberg, основное свое обещание по ‘объединению мира’ основатели Libra уже сдержали: проект растормошил финансовых регуляторов по всему миру, и теперь тема криптовалют обсуждается на уровне G7 и конгресса США.

 

Конгрессмен Том Эммер отлично охарактеризовал общественную озабоченность во время слушаний по делу Libra 17 июля: «Люди и так обеспокоены количеством данных, которые у вас на них есть, а вы хотите стать им еще и деньгами».

 

Что такое Libra?

 

 

Libra (в простонародье Zuckbucks или GlobalCoin) — это обеспеченная резервом цифровая валюта, или, если ваши знания в сфере криптовалют не ограничиваются биткоином — стейблкоин, курс которого привязан к фиатным деньгами или золоту. 

 

Организационная структура предполагается следующая: 100 различных компаний-участников объединятся в Libra Association, в которой к моменту окончательного формирования у Facebook останется только 1 голос. Соответственно, соцсеть не будет контролировать всю ассоциацию. Сейчас в организацию помимо корпорации-основателя входит уже 27 компаний в технологиях, телекоме, блокчейн-индустрии, а также в таких сферах как платежи и венчурный капитал. Чтобы Libra появилась в карманах клиентов, был создан цифровой кошелек Calibra, предложенный одноименной дочерней организацией Facebook, возглавляемой Дэвидом Маркусом, экс-президентом PayPal и бывшим членом совета директоров Coinbase. Долгожданный кошелек появится на свет в «семью» уже имеющихся у Facebook приложений, таких как Messenger, WhatsApp, и Instagram.

 

Маркетологи Libra делают все возможное, чтобы представить Libra миру как давно назревшее решение, которого все ждали. Оно будет не только «отвечать стандартам мировой финансовой системы, если не превосходить их», но и укреплять саму систему, внося свою лепту в борьбу с терроризмом и отмыванием денег, а также стоя на страже частной информации и защиты потребителей. Учитывая, что цифровые деньги от Facebook позволят совершать более «доступные, дешевые и безопасные» переводы, проект также нацелен на решение проблемы финансовой изоляции некоторых слоев населения: создатели надеются, что внедрение «мировой валюты» способствует глобальному росту финансовой вовлеченности.

Но давайте с этого момента поподробнее.

 

Из-за чего весь сыр-бор?

 

 

  • Новый класс активов?

 

Суматоха вокруг запуска проекта в первую очередь вызвана невозможностью дать четкое определение тому, что Libra все-таки из себя представляет. Это ценная бумага? Это предмет потребления (commodity)? Это биржевой индексный фонд (ETF)? Глава проекта Дэвид Маркус ответил отрицательно на все эти вопросы, заданные во время слушания Комитета по финансовым услугам. Не будучи ничем из вышеперечисленного, Libra не обязана нести соответствующие обязательства перед регуляторами и иметь необходимые лицензии. Определение «платежного инструмента» менее противоречиво, чем указанное на официальной странице претенциозное «стабильная глобальная криптовалюта», коей либра едва ли может называться, и все же оно так же расплывчато, как и ответы Маркуса на слушаниях в Конгрессе. Например, неясно, как компания, которая собирается уклоняться от надзора регуляторов вроде FSAC, будет бороться с систематическими рисками. А их не избежать, даже если проектом заинтересуется лишь десятая часть аудитории Facebook (что сразу превзойдет количество пользователей PayPal). Зато ясно, что компания не хочет относить свой новый продукт ни к одному существующему классу активов: иметь «инструмент», аналогов которому не было, значит иметь на руках карт-бланш.

 

  • Опасность монополизации

 

Следующий вопрос вытекает из предыдущего и касается места продукта как в финансовой системе, так и на самом рынке: регуляторы обеспокоены, что вместо стимулирования конкуренции Libra пойдет по стопам материнской компании, то есть будет действовать как монополия. Даже в ряду криптокошельков, кровное родство Libra с семьей Facebook-приложений будет означать, что Calibra сразу же станет главным кошельком, интегрированным в приложения WhatsApp и Messenger (по крайней мере Маркус обещал, что не единственным), имея значительное преимущество.

 

В конце концов, есть причина по которой обнаружение у себя на заднем дворе двора монетного, да еще и виртуального, встревожило людей в самых высших кругах. И совсем не совпадение, что они стали второпях набрасывать черновик законопроекта «Держите технологические корпорации подальше от финансов», призванный помешать таким платформам как Facebook выступать в роли финансовых институтов, «неуместно сочетая коммерцию с банковской деятельностью». В особенности если те не планируют сдаваться на милость регуляторов. Блокчейн-эксперт Андреас Антонопулос, хоть и не разделяющий паники вокруг возможного влияния Libra, уверен что банкам и вправду есть чего опасаться, если компания с большим числом клиентов чем у JPMorgan Chase заглядывается на их хлеб.

 

  • Сохранность личных данных

 

Явно намекая на недавний скандал по поводу слива информации 15 миллионов пользователей Facebook политической консалтинговой фирме (повлекшего за собой штраф в $5 миллиардов в пользу FTC), Антонопулос также назвал либру «валютой слежки» (surveillance coin). Вообще-то, он использовал слова «худшая из возможных валют надзора, созданная худшей из компанией, замешанных в слежке и практикующих наихудший вариант разведывательного капитализма», но давайте постараемся отбросить в сторону эмоции и просто согласимся, что всеобщее беспокойство за сохранность личных данных далеко не беспричинно.

 

«Не забывайте, что каждый раз, когда вы совершаете простую операцию под звук «динь-динь», звук, который вы слышите, это звук умирающей демократии. Под него умирает независимость. Под него умирает тайна частной жизни. И вы только что помогли кому-то разбогатеть, убивая все те вещи, без которых немыслимо свободное общество».

Андреас Антонопулос в интервью London Real

 

Фото: David Berkowitz / Flickr

 

  • Кто реально в деле?

 

Facebook не торопится проливать свет и на вопросы управления. Хотя гигант и говорит, что будет контролировать ассоциацию лишь на 1%, неясно, как это будет работать, присоединись к нему такая тесно связанная с основателями компания как, например, Spotify, не говоря уже о 26-ти остальных компаниях-друзьях, заранее прозванных «криптомафией». Стоит отметить, что ни один из ее потенциальных членов еще не является действующим: интерес пока подкреплен не членским взносом в 10 миллионов долларов, а лишь официальным заявлением о возможном сотрудничестве. То же касается и швейцарского регулятора, по идее, уже поддерживающего проект: на слушаниях выяснилось, что Facebook на тот момент с ним еще не связался.

 

  • Неравенство возможностей

 

Обвинения не ограничиваются фасадом, а проникают и за стены организации, где конгрессмены обнаружили недостаточную репрезентативность управленческого состава, классически недосчитывающегося женщин и представителей меньшинств. 

 

  • Миссия

 

Однако самое интересное касается видения Facebook касаемо роли своего проекта. «Превосходить стандарты мировой финансовой системы» — довольно-таки амбициозная цель даже для такого гиганта, и то, что компании на руках отменные карты, еще не значит, что она сможет их разыграть. Если она вообще знает как, учитывая что, только подвергшись жесточайшему давлению регуляторов, Facebook наконец признал, что не имеет «значительного» опыта в криптовалютах и блокчейне. 

 

По всей видимости, финансовая вовлеченность — еще одна тема, в которой корпорация разбирается недостаточно. То, что Facebook недопонимает проблему исключенных из финансовой системы, а следовательно, не сможет ее решить, понятно из самой формулировки их миссии. А отсутствие конкретных шагов по повышению финансовой инклюзивности в мире лишь подтверждает предположение. При желании внести ощутимый вклад в решение проблемы, или хотя бы изучить ее, можно было инвестировать в исследования много лет назад, не создавая для этого новую валюту. Финансовой индустрии не нужна именно Libra, чтобы разобраться с ситуацией, наоборот, по-настоящему децентрализованные валюты могут справиться с задачей лучше и уже делают это. Не нужен здесь и масштаб, предлагаемый Facebook: знакомство с финансовой системой лиц, ранее ею не охваченных, это «личная, детальная и местная работа», с которой локальные инициативы справятся лучше глобальных.

 

Так это не криптовалюта?

 

 

Нет. Мы уже упомянули децентрализацию, которой Libra похвастаться не может, потому что принадлежит фейсбуку (ладно, Libra Association, но блокчейн со 100 нодами — все еще не открытый блокчейн). Но если приглядеться, мы увидим что новая валюта не обладает ни одной другой характеристикой, присущей криптовалютам. Согласно Антонопулосу, чтобы считаться криптой, «платежный инструмент» должен быть открытым, публичным, нейтральным, безграничным и неподверженным цензуре.

 

Facebook не может дать своим пользователям открытый доступ к платформе, не являясь при этом посредником. Libra не может похвастаться прозрачностью и публичностью, учитывая ее организационную структуру. Нейтральность и отсутствие цензуры также невозможны, ибо чтобы тягаться в эффективности с существующим финансовым контролем (особенно в борьбе с терроризмом и отмыванием денег), необходимо пресекать возможную передачу денег в некоторые страны (например, санкционные Северную Корею или Венесуэлу) или определенным пользователям, а значить идентифицировать их. Так что и о свободном перемещении средств по миру тоже речи не идет. Если учесть количество данных о пользователях, которые в Facebook уже накопили к настоящему моменту, несложно представить внедрение ими достаточно эффективного внутреннего контроля, хотя они и утверждают, что Libra будет независимой компанией и данные пользователей криптокошельков будут хранится на отдельных серверах.

 

К слову, необходимость идентификации пользователей станет основной причиной, почему проект не поможет исключенным из финансовой системы: проблемы с ID, как и проблемы с интернет-соединением, являются основными преградами на пути к финансовой вовлеченности для людей из развивающихся стран и аграрных регионов.

 

Есть ли реальная почва для беспокойства? Изменится ли статус кво?

 

 

Как мы уже заметили, мнения разделились. С одной стороны, есть эксперты, которые уверены, что Libra не стоит принимать всерьез, и видеть в проекте что-то большее, чем корпоративная версия цифровой эмиссии, не имеющей ничего общего с децентрализованными валютами. С другой, многие видят в ней угрозу устоявшемуся порядку и всей финансовой системе. Есть эксперты, утверждающие, что Libra не только не решит существующих проблем, но и может значительно их усугубить.

 

  • Отмывание денег, терроризм и уклонение от налогов

 

Основное беспокойство, разумеется, все еще вызывает способность Facebook и ее партнеров обеспечить требования AML и KYC без вмешательства регулятором, то есть защищать пользователей от кибератак и мошенничеств, а мир от терроризма и финансовых махинаций. Но как Libra может всерьез бороться, скажем, с уклонением от налогов, если она сама не торопится следовать правилам? 

 

Нобелевский лауреат Джозеф Штиглиц заметил то, что, кажется, многие упускают из виду: налоги будут набегать на каждое конвертирование Libra, что, по идее, должно стать ощутимым препятствием, «разве что Facebook уверен, что может наплевать на налоговое законодательство так же, как на неприкосновенность личных данных и свободную конкуренцию».

 

Однако преступность, которая может проникнуть под соломенную крышу финансовой стабильности через неприкрытую дверь на задний двор — далеко не единственное, чего стоит бояться регуляторам. И дело даже не в том, что преступность уже давно внутри: за 10 лет существования биткоина, первая криптовалюта все еще не обогнала доллар и другие фиатные деньги по объему финансирования преступности. Бояться стоит ветра, который может эту соломенную крышу снести. Ветра под названием «горячие деньги».

 

  • «Горячие деньги» и пузыри

 

Идея коммунального заимствования, или заимствования денег в обход существующей системы, настолько в тренде, что даже удостоилась упоминания в последнем сезоне популярного американского сериала «Оранжевый — хит сезона». Поэтому концепт Libra привлек такое внимание: дело не в самой валюте, а в том, что она символизирует. Даже если возле романтизированной ячейки «криптовалюта» уже не поставить галочку. Однако, это может быть то, чего мир хочет, но это не то, что ему действительно нужно.

 

Рана Фаруха, редактор в Financial Times и эксперт по мировой экономике в CNN, напоминая о проблеме «горячих денег», говорит, что виртуальные деньги вне существующей финансовой системы «закрутят шестеренки денежных потоков». Сбережения миллионов людей станут утекать туда, куда им легче и дешевле утекать, а не туда, где их размещать выгоднее и эффективнее. Оставим в стороне преступность. «Доступные, безопасные и дешевые» платежи в валюте Libra спровоцируют массовую кросс-граничную спекуляцию. GlobalCoin может и зовется «цифровым золотом» энтузиастами, но предложение золота хотя бы ограничено, как и количество транзакций с его участием, в отличие от виртуальных денег. Более того, если неликвидный фиат станут обменивать на либру, потенциально очень ликвидную валюту, «пузыри», спровоцированные подобными транзакциями, станут расти как на дрожжах, мутируя в мировые финансовые кризисы. Выходит, большая денежная мобильность может не укрепить, а наоборот, поставить под угрозу финансовую стабильность, значительно усложняя работу центробанков по ее обеспечению.

 

  • Злоупотребление властью и лоббирование

 

На двухдневных слушаниях в Конгрессе были и те, кто, подобно Штиглицу, высказался категорически против запуска проекта, особенно учитывая, что Маркус отказался провести пилотную версию под надзором регуляторов. Но даже он не стал бы спорить, что компания имеет, как выразилась конгрессвумен Уотерс, «экономическую власть, которой под силу дестабилизировать валюты и государства», а регуляторы в первую очередь хотят не допустить возможности ее злоупотребления.

 

Естественно, было бы глупо не пользоваться интеллектуальными ресурсами, которыми американские гиганты успели обзавестись, и не внедрять технические достижения, которые им под силу разработать. Ведь были и конгрессмены, высказавшиеся в пользу инноваций, которые просто не могут существовать в обществе, где на все нужно сперва добиться разрешения. Например, МакГенри, представитель от штата Северная Каролина, заметил, что если власти продолжат «рубить инициативы на корню», конкурентное преимущество будет упущено в пользу других стран. И если инновации — это «неостановимая сила», то же самое можно сказать и про лоббирование.

 

Ресурсы в распоряжении корпорации действительно превращают «криптоинициативу» от Facebook в неимеющую аналогов. Миллионы из кармана Цукерберга (более 7,5 миллионов, если быть точными) тратятся на укрепление, и этому помешать уже никто не в силах. Так недавно в лобби-полку, уже состоявшему из таких мастодонтов как  Cypress Group, Sternhell Group, and Davis Polk прибыло: команду пополнила лоббист-гений Сьюзан Зук.

 

Так должна ли Libra быть запущена в принципе?

 

Фото: Anthony Quintano / Flickr

 

Даже принимая во внимание все потенциальные угрозы, цифровую валюту от Facebook все еще превозносят, а Цукербергу предлагают стать «Генри Фордом для мира финансов». На самом деле, в мире действительно есть места, где использование Libra окажется выгоднее местной валюты. Это обещание стабильности так привлекает «48% мирового населения, проживающего в 94 странах с инфляцией не менее 10%», как напомнил конгрессмен Хилл. С другой стороны, если создатели не разрешат все вопросы до того, как запускать валюту, из головной боли регуляторов Libra превратится во всеобщую головную боль. Этих вопросов всплыло куда больше, чем казалось на первый взгляд, и даже больше, чем мог предвидеть сам Facebook: представители компании недавно заявили, что готовы и вовсе отказаться от инициативы.

 

Это стало бы огромным разочарованием, особенно учитывая, что не только создатели проекта пошли на многое для этого запуска: конгрессмен Вотерс, например, отправилась с делегацией в Швейцарию, чтобы лично встретится с местными регуляторами. Пока в Facebook обдумывают свой следующий ход, весь остальной мир недоумевает, насколько серьезны их намерения и не собирались ли они просто хайпануть и отбить миллиардный штраф.

 

Вполне вероятно, что будет даже лучше, если Libra в конце концов не увидит свет. Зато ее гарантированный вклад в общее благо ограничится тем, чего создателям уже удалось добиться: растормошить регуляторов и банковский сектор, заставить всех считаться с криптовалютами и вовлечь весь мир в многомесячную жаркую дискуссию. И если результат заключается в давно назревших изменениях в законодательстве и модернизации банков, то небольшая угроза законсервированным институтам и фиатным деньгам точно не повредит. Не говоря уже о том, что обсуждение криптовалют на уровне Конгресса США и рабочей группы G7 — уже достижение, которого ждали без малого 10 лет.